Ст 761 ук рф

Ст 761 ук рф

  • Автострахование
  • Жилищные споры
  • Земельные споры
  • Административное право
  • Участие в долевом строительстве
  • Семейные споры
  • Гражданское право, ГК РФ
  • Защита прав потребителей
  • Трудовые споры, пенсии
  • Главная
  • Статья 76.1 УК РФ. Освобождение от уголовной ответственности по делам о преступлениях в сфере экономической деятельности

Уголовный кодекс РФ в последней редакции:

Статья 76.1 УК РФ. Освобождение от уголовной ответственности по делам о преступлениях в сфере экономической деятельности

1. Лицо, впервые совершившее преступление, предусмотренное статьями 198 — 199.1, 199.3, 199.4 настоящего Кодекса, освобождается от уголовной ответственности, если ущерб, причиненный бюджетной системе Российской Федерации в результате преступления, возмещен в полном объеме.

2. Лицо, впервые совершившее преступление, предусмотренное статьей 170.2, частью первой статьи 171, частями первой и первой.1 статьи 171.1, частью первой статьи 172, статьями 176, 177, частью первой статьи 178, частями первой — третьей статьи 180, частями первой и второй статьи 185, статьей 185.1, частью первой статьи 185.2, частью первой статьи 185.3, частью первой статьи 185.4, частью первой статьи 185.6, частью первой статьи 191, статьей 192, частями первой и первой.1 статьи 193, частями первой и второй статьи 194, статьями 195 — 197 и 199.2 настоящего Кодекса, освобождается от уголовной ответственности, если возместило ущерб, причиненный гражданину, организации или государству в результате совершения преступления, и перечислило в федеральный бюджет денежное возмещение в размере двукратной суммы причиненного ущерба, либо перечислило в федеральный бюджет доход, полученный в результате совершения преступления, и денежное возмещение в размере двукратной суммы дохода, полученного в результате совершения преступления, либо перечислило в федеральный бюджет денежную сумму, эквивалентную размеру убытков, которых удалось избежать в результате совершения преступления, и денежное возмещение в размере двукратной суммы убытков, которых удалось избежать в результате совершения преступления, либо перечислило в федеральный бюджет денежную сумму, эквивалентную размеру совершенного деяния, предусмотренного соответствующей статьей Особенной части настоящего Кодекса, и денежное возмещение в двукратном размере этой суммы.

3. Лицо освобождается от уголовной ответственности при выявлении факта совершения им до 1 января 2015 года либо до 1 января 2018 года деяний, содержащих признаки составов преступлений, предусмотренных статьей 193, частями первой и второй статьи 194, статьями 198, 199, 199.1, 199.2 настоящего Кодекса, при условии, если это лицо является декларантом или лицом, информация о котором содержится в соответствующей специальной декларации, поданной в соответствии с Федеральным законом «О добровольном декларировании физическими лицами активов и счетов (вкладов) в банках и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», и если такие деяния связаны с приобретением (формированием источников приобретения), использованием либо распоряжением имуществом и (или) контролируемыми иностранными компаниями, информация о которых содержится в соответствующей специальной декларации, и (или) с открытием и (или) зачислением денежных средств на счета (вклады), информация о которых содержится в соответствующей специальной декларации. В этом случае не применяются положения частей первой и второй настоящей статьи в части возмещения ущерба, перечисления в федеральный бюджет денежного возмещения и полученного дохода.

Вернуться к оглавлению: Уголовный кодекс РФ в последней редакции

Статья 761 ГК РФ. Ответственность подрядчика за ненадлежащее выполнение проектных и изыскательских работ (действующая редакция)

1. Подрядчик по договору подряда на выполнение проектных и изыскательских работ несет ответственность за ненадлежащее составление технической документации и выполнение изыскательских работ, включая недостатки, обнаруженные впоследствии в ходе строительства, а также в процессе эксплуатации объекта, созданного на основе технической документации и данных изыскательских работ.

2. При обнаружении недостатков в технической документации или в изыскательских работах подрядчик по требованию заказчика обязан безвозмездно переделать техническую документацию и соответственно произвести необходимые дополнительные изыскательские работы, а также возместить заказчику причиненные убытки, если законом или договором подряда на выполнение проектных и изыскательских работ не установлено иное.

  • URL
  • HTML
  • BB-код
  • Текст

Комментарий к ст. 761 ГК РФ

1. Ненадлежащее составление технической документации представляет собой нарушение при ее составлении требований, содержащихся в задании заказчика, а также отсутствие в ней сведений, необходимых для создания на ее основе объекта, либо наличие сведений, не соответствующих действительности.

Ненадлежащее выполнение изыскательских работ — выполнение работ с отклонениями от задания заказчика, а также проведение не в полном объеме исследований, необходимых для создания объекта на основании этих исследований.

Ненадлежащее выполнение изыскательских работ и составление технической документации может повлечь за собой недостатки в строительстве объекта на основе таких документации и работ, что также является подтверждением факта проведения изыскательских работ и составления технической документации ненадлежащим образом. Очевидно, что недостатки в строительстве, осуществляемом на основе таких документации и работ, могут быть обнаружены уже в процессе начала строительства, то есть после приемки изыскательских работ и технической документации заказчиком. Однако обнаружение таких недостатков, несмотря на то что эти недостатки выявлены не в момент приема работ и документации также является ненадлежащим составлением технической документации и выполнением изыскательских работ. Помимо этого недостатки могут выявлены и в процессе эксплуатации построенного объекта на основании технической документации и с учетом изыскательских работ, что также будет являться ненадлежащим составлением технической документации и выполнением изыскательских работ.

Ответственность при обнаружении любых недостатков технической документации и изыскательских работ несет подрядчик. В случае предъявления к нему заказчиком требований в связи с обнаружением недостатков подрядчик обязан:

— безвозмездно переделать техническую документацию — устранить без взимания платы с заказчика обнаруженные недостатки;

— произвести необходимые дополнительные изыскательские работы либо устранить недостатки уже проведенных изыскательских работ;

— возместить заказчику причиненные убытки, в частности возместить стоимость ремонта объекта, который был построен в соответствии с технической документацией, в которой имеются недостатки.

2. Судебная практика:

— Постановление Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 15.09.2014 N 12АП-8149/14;

— Постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 29.02.2012 N 18АП-595/12;

— Постановление Восьмого арбитражного апелляционного суда от 17.11.2010 N 08АП-7195/2010;

— Постановление Арбитражного суда Северо-Западного округа от 03.09.2014 N Ф07-5864/14 по делу N А56-50853/2012;

— Постановление ФАС Северо-Западного округа от 25.09.2012 N Ф07-6624/11 по делу N А56-54218/2010;

— Постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 08.11.2013 N 11АП-16782/13;

— Постановление Первого арбитражного апелляционного суда от 14.10.2013 N 01АП-3069/13;

— Постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 20.10.2011 N 17АП-7244/11;

— Постановление Арбитражного суда Восточно-Сибирского округа от 25.08.2014 N Ф02-2638/14 по делу N А78-7649/2013;

— Постановление ФАС Западно-Сибирского округа от 18.03.2013 N Ф04-1244/13 по делу N А70-6798/2012;

— Постановление ФАС Московского округа от 05.08.2010 N КГ-А40/8355-10 по делу N А40-167995/09-83-1076;

— Постановление ФАС Московского округа от 06.06.2011 N Ф05-7639/10 по делу N А40-167995/2009.

Изменения в Уголовный кодекс РФ продлевают срок действия «амнистии капитала»

Сенаторы одобрили Федеральный закон «О внесении изменений в статью 761 Уголовного кодекса Российской Федерации».

На заседании СФ одобрен Федеральный закон «О внесении изменений в статью 76 1 Уголовного кодекса Российской Федерации». С докладом по этому вопросу выступил заместитель председателя Комитета СФ по конституционному законодательству и государственному строительству Максим Кавджарадзе. Кавджарадзе
Максим Геннадьевич представитель от законодательного (представительного) органа государственной власти Липецкой области

Смотрите также

14 февраля 2018 года, 13:40

Федеральный закон направлен на реализацию предложения Президента РФ Владимира Путина на встрече с руководством палат Федерального Собрания 25 декабря 2017 г. по продлению срока «амнистии капитала». В этих целях соответствующие изменения вносятся в часть третью статьи 76 1 УК РФ, регулирующую вопросы освобождения от уголовной ответственности по делам о преступлениях в сфере экономической деятельности.

Согласно документу, лицо может быть освобождено от уголовной ответственности при выявлении факта совершения им до 1 января 2018 г. деяний (по ранее действовавшей редакции — до 1 января 2015 г.), содержащих признаки составов преступлений, предусмотренных статьей 193, частями первой и второй статьи 194, статьями 198, 199, 199 1 , 199 2 УК РФ, при предоставлении соответствующей специальной декларации, поданной в соответствии с Федеральным законом «О добровольном декларировании физическими лицами активов и счетов (вкладов) в банках и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации».

Освобождение от уголовной ответственности по делам об экономических преступлениях (гл. 22 УК РФ): вопросы дифференциации и законодательной техники Князьков Александр Александрович

Диссертация — 480 руб., доставка 10 минут , круглосуточно, без выходных и праздников

Автореферат — бесплатно , доставка 10 минут , круглосуточно, без выходных и праздников

Князьков Александр Александрович. Освобождение от уголовной ответственности по делам об экономических преступлениях (гл. 22 УК РФ): вопросы дифференциации и законодательной техники: дис. . кандидата юридических наук: 12.00.08 / Князьков Александр Александрович;[Место защиты: Саратовская государственная академия права].- Саратов, 2015. — 219 c.

Содержание к диссертации

Глава I. Законодательная техника и дифференциация ответственности в теории уголовного права .13

1. Юридическая техника: понятие, значение, виды .13

2. Законодательная техника как инструмент конструирования норм об освобождении от уголовной ответственности за совершение экономических преступлений . 20

3. Дифференциация уголовной ответственности: понятие, значение, средства .52

Глава II. Освобождение от уголовной ответственности: понятие, правовая природа, виды 68

1. Общая характеристика института освобождения от уголовной ответственности 68

2. Виды освобождения от уголовной ответственности по УК РФ (на примере экономических и иных преступлений) 102

Глава III. Проблемы конструирования и применения норм об освобождении от уголовной ответственности по делам об экономических преступлениях в Общей и Особенной частях УК РФ .125

1. Техника конструирования и применения общих видов освобождения от уголовной ответственности (на примере экономических преступлений) .125

2. Техника конструирования и применения специальных видов освобождения от уголовной ответственности, предусмотренных гл. 22 УК РФ . 162

Законодательная техника как инструмент конструирования норм об освобождении от уголовной ответственности за совершение экономических преступлений

1. Понятие юридической техники. Создание эффективно действующих уголовно-правовых норм невозможно без исследования вопросов юридической техники в теории уголовного права. Как отмечает Е.В. Румянцева, на сегодняшний день и в теории права, и в отраслевых юридических науках не наблюдается единообразного подхода к указанному понятию, его составляющим, соотношению с родственными категориями и к иным общим вопросам2. Взгляды на проблему юридической техники носят диаметрально противоположный характер – от полного отрицания, игнорирования и неприятия категории «юридическая техника» до детальной и всесторонней разработки этой правовой категории, постановки ее в качестве одной из исходных, существенных в юриспруденции3.

Этимологически понятие «техника» – это совокупная характеристика навыков и приемов, используемых в каком-либо деле или искусстве4, знание, умение, приемы работы и приложение их к делу5. Динамичность развития законодательства, низкая эффективность правовых актов и повышение активности представителей юридической науки в разработке проблем правотворчества предопределяют вопрос о юридической технике.

Юридическая техника встроена во все уровни и сферы функционирования права, во все формы реализации воли правоустановителя (О.Г. Соловьев)6; является необходимой составляющей частью правового регулирования (И.Н. Сенякин, И.В. Михеева)7; распространяется на всю область юридической практики, где требуются определенные знания, умения, сноровка (А.В. Иванчин, Ф.А. Мусаев)8. Деятельность же эта условно может быть разделена на две основные стадии: а) изменение сферы правового регулирования и б) воздействие права на общественные отношения, т. е. создание права и его действие9.

Следует отметить, что проблемы качества законов и точного воплощения воли законодателя изучались с давних пор. О качестве законов рассуждали выдающиеся мыслители (Платон, Цицерон и др.) и философы (И. Бентам, Ф. Бэкон, Ш. Монтескье и др.). Что касается научных взглядов отечественных ученых дореволюционного периода (А.Н. Башмакова, М.М. Гродзинского, П.И. Люблинского, Н.С. Таганцева, М.А. Унковского), то можно заметить, что понятие юридической техники фактически отождествлялось с законодательной техникой. В советской юридической литературе проблемами юридической техники занимались, но не столь активно. В первые годы советской власти в условиях становления новой правовой идеологии и создания революционного законодательства главный упор делался на необходимости упрощения законов, обеспечении их максимальной понятности10. По мере упрочения административно-командной системы интерес к юридической технике падал. Однако с принятием в 60-х гг. XX в. ряда кодифицированных законодательных актов учение о юридической технике вновь стало объектом научных исследований. Именно во второй половине XX в. стало обосновываться необходимое, на наш взгляд, различие юридической и законодательной техники.

В современной науке интерес к проблемам юридической техники по-прежнему сохраняется. Более того, в связи с бурной законотворческой практикой, начавшейся в 90-е гг. XX в., активность научного сообщества только возрастает, однако какое-либо единообразное понимание сущностных аспектов юридической техники (понятие, признаки, содержание, виды и т. п.) до сих пор отсутствует.

По мнению С.А. Канаева, юридическая техника представляет собой искусство употребления правовых категорий как при составлении правовых документов, так и в правоприменительной практике в целом11. Предложенное определение имеет ряд недостатков. Во-первых, абстрактность и размытость определения не позволяет выявить существенные признаки рассматриваемого явления. Во-вторых, неточным представляется характеризовать юридическую технику как искусство, которое в любом случае является оценочным и субъективным, а его предмет сводится к художественным образам12. С.В. Поленина также широко подходит к определению юридической техники как разработанной юридической наукой совокупности способов и приемов, при помощи которых обеспечивается связь между гражданами, социальными слоями населения, гражданским обществом в целом, с одной стороны, и государством в лице его правотворческих и правоприменительных органов – с другой13. Предложенное определение не отражает всей специфики юридической техники как особого юридического инструментария и является, скорее, социологическим (философским), нежели формально-юридическим.

В настоящей работе по вопросам законодательной (юридической) техники реализуются основные идеи ярославской школы уголовного права, в соответствии с которыми под юридической техникой следует понимать систему выработанных теорией и практикой правовой деятельности правил, приемов (способов, методов) и средств, используемых в процессе реализации юридической воли полномочных органов и лиц14.

2. Виды юридической техники. В научных кругах активно обсуждается вопрос о видах юридической техники, при этом среди всего многообразия мнений можно выделить два основных направления – узкое и широкое.

I. Сторонники узкого направления фактически отождествляют юридическую технику с законодательной15, нормотворческой16, правотворческой17 или относят ее к одной из разновидностей – правотворческой, а последнюю – к законодательной технике18. Следует отметить, что в литературе справедливо обращается внимание на недопустимость ограничительного толкования юридической техники, которая применяется и при толковании права, и в процессе правоприменительной деятельности19. Кроме того, юридическая техника не ограничивается процессом «изготовления» собственно законов, включая в свой предмет и иные нормативные акты20. Таким образом, из-за неучта многообразия видов юридической деятельности эта позиция представляется нам непригодной.

II. Обратимся к широкому пониманию юридической техники. Так, С.С. Алексеев выделял два вида юридической техники: законодательную и технику индивидуальных актов, в том числе правоприменительных (судебных, прокурорских и др.), договоров и т. д.21 А. Ф. Черданцев называет уже четыре вида юридической техники: законодательную (правотворческую) технику, технику систематизации нормативных актов, технику учета нормативных актов

Дифференциация уголовной ответственности: понятие, значение, средства

Законодательная техника – важнейший и самостоятельный вид юридической техники. Большинство ученых рассматривают законодательную технику как систему правил и приемов подготовки совершенных и целесообразных по форме нормативных актов, обеспечивающих максимально полное и точное соответствие формы нормативных предписаний их содержанию, доступность, простоту и легкую обозримость нормативного материала, исчерпывающий охват регулируемых вопросов31. Процесс правотворчества включает в себя два этапа: формирование воли законодателя и выражение этой воли в нормативно-правовом акте. Как отмечает К.К. Панько, процесс создания права представляет собой сложную технологию, связанную с обработкой предмета правотворчества – общественных отношений – с помощью средств и приемов законодательной техники32.

Воле государства, выраженной в определенной сформировавшейся идее, надлежит придать официальную форму, изложить в виде упорядоченного текста и таким образом практически реализовать ее. Однако государственная воля не должна быть искажена, иным образом неправильно понята адресатом и правоприменителем. Именно адекватное изложение, воплощение властной воли в нормативно-правовом акте посредством использования технических средств и приемов представляют собой особый вид юридической техники — законодательную технику. Однако неверно сводить исследуемое явление исключительно к применению технических средств: законодательная техника имеет прямое отношение и к содержанию права, которое не тождественно его сущности33. Сущностные же аспекты правотворчества, как указывает А.В. Иванчин, к которым законодательная техника не имеет никакого отношения, присущи процессу формирования законодательной воли (например, решения о криминализации и декриминализации, пенализации и депенализации)34.

Относительно природы законодательной техники в литературе традиционно не наблюдается единства. В связи с этим мы предлагаем выделить практический, научный и научно-практический подходы. Так, по мнению И.Н. Боковой, А.П. Кузнецова и др., законодательная техника – это часть науки, теория, система знаний35. Другие, например И.К. Ильин, полагают, что законодательная техника не связана с наукой, а основывается лишь на практических достижениях36. На наш взгляд, обе позиции являются неточными. С одной стороны, основные средства и приемы законодательной техники вырабатываются в ходе практической деятельности, когда происходит отбор наиболее устоявшихся ценных и прогрессивных фрагментов правотворческой практики37; с другой – законодательная техника генетически связана именно с достижениями и наработками юридической науки.

В литературе отсутствует единство относительно объема предмета законодательной техники. Ряд авторов полагают, что законодательная техника объемлет принятие только законов (С.Д. Бражник, А.С. Пиголкин, Е.Е. Пухтий, О.Г. Соловьев, Ю.А. Тихомиров)38; другая группа авторов обосновывает широкий подход, включающий не только законы, но и иные нормативные акты (В.К. Бабаев, Н.М. Коркунов)39. Именно последний подход использован разработчиками законопроекта «О нормативных правовых актах»40. На наш взгляд, необходимо дать буквальное толкование данного понятия, при этом не учитывать иные (подзаконные) нормативно-правовые акты. Последние, несмотря на то что включены в сферу действующего законодательства и нуждаются подчас в аналогичных правилах формулирования и изложения, следует рассматривать в качестве техники иных подзаконных нормативных правовых актов41.

Нет единства относительно содержательной стороны законодательной техники, при этом в литературе наиболее распространены два подхода – широкий и узкий. 1. Некоторые авторы трактуют законодательную технику и наряду с различными техническими компонентами создания права пытаются включить в нее установленные организационно-процедурные правила подготовки и принятия нормативных актов42: составление и редактирование законопроектов, согласование их с заинтересованными ведомствами, получение необходимых виз и заключений, предварительное обсуждение проектов, в том числе, организацию и проведения референдумов43. В содержание законодательной техники включают в этом случае также нормы, закрепляющие основную правотворческую процедуру (законодательную инициативу, порядок внесения и рассмотрения проектов и др.)44, правила и приемы опубликования законов45, организационно-методические правила перевода актов с одного языка на другой46, указание на дату и место их принятия, а также подпись должностного лица47. Согласимся с тем, что в последнем случае законодательная техника смыкается с понятием правотворчества, нормообразования, с технологией подготовки, обсуждения, принятия и опубликования правовых актов48. На наш взгляд, недопустимо столь широкое толкование законодательной техники, которое делает ее практически безграничной. Следует заметить, что существующая на сегодняшний день специальная литература, посвященная законодательной (юридической) технике, техники в уголовном праве. С. 4; Кругликов Л.Л., традиционно рассматривает ее в широком смысле

Сторонники узкого подхода (С.С. Алексеев, А.В. Иванчин, Л.Л. Кругликов и др.) полагают, что в содержание законодательной техники не входят организационно-процедурные правила нормотворчества, связанные с использованием технических средств и приемов. Организационно-технические вопросы подготовки проектов нормативных актов, порядок внесения в них изменений, их отмены и т. д. образуют юридико-техническую сторону правового регулирования50, т. е. иного (хотя и связанного с техникой) правового явления.

А.М. Нашиц выделяла законодательную технику в широком (наука законотворчества, законодательная политика, законодательная техника) и узком (технические средства и приемы построения правовых норм) значениях51. Еще в 1816 г. была издана книга Л.А. Цветаева «Начертание теории законов», в которой автор основным качеством закона видел его доброту, как внешнюю (написание ясным, приличным, кратким штилем, расположение в пристойном и удобном порядке), так и внутреннюю (соответствие законов идеалам чистой нравственности правам естественным, а также религиозным заповедям)52. Подобное разграничение основывается на философском разделении формы какого-либо явления на внутреннюю и внешнюю. Соответственно внутренняя техника охватывает технические операции по образованию содержания и структуры права, по переводу законодательной воли в правовое содержание и структуру права, а внешняя – процесс по внешнему оформлению этого содержания.

Виды освобождения от уголовной ответственности по УК РФ (на примере экономических и иных преступлений)

Кроме того, дифференциация ответственности отличается от индивидуализации тем, что последняя выражается в определении меры ответственности конкретного лица за совершение конкретного преступления в соответствии с тяжестью содеянного и его индивидуальными личностными характеристиками, тогда как при дифференциации учитываются типичные характер и степень общественной опасности деяния и личности233. При этом следует учитывать, что чрезмерная дифференциация таит в себе опасность мелочной опеки судьи; явный крен в иную сторону – индивидуализации ответственности – ведет к чрезвычайному расширению свободы судьи, например посредством широко и абстрактно сформулированных оснований освобождения от уголовной ответственности.

В свою очередь, понятие принципа индивидуализации всегда связывалось с деятельностью суда по определению конкретной меры наказания лицу, виновному в совершении преступления. Однако подобный подход к определению индивидуализации наказания кажется нам несколько узким, поскольку индивидуализация наказания в таком случае ограничивается только его назначением судом. Она осуществляется и на стадии исполнения наказания. Как указывал И.И. Карпец, индивидуализация наказания заключается в учете характера и степени общественной опасности совершенного преступления, личности виновного, отягчающих и смягчающих обстоятельств234. Данная позиция требует уточнения. Характер общественной опасности отражает «качественную» сторону преступления, которая является единой, включает в себя объект, форму вины и категорию преступления235. В основе индивидуализации выступает учет степени общественной опасности, т. е. «количественной» стороны преступления, как меры активности лица в совершении деяния. В теории уголовного права некоторые авторы выделяют два вида индивидуализации наказания – индивидуализация наказания в законе и индивидуализация наказания в суде. Так, И.И. Карпец под индивидуализацией наказания в законе понимал «общие положения, выраженные в абстрактной форме в нормах советского уголовного права, которые суд обязан учитывать при назначении наказания». Индивидуализация наказания в суде, по его мнению, это «применение положений общей и особенной частей при назначении наказания лицу с учетом особенностей личности виновного и обстоятельств дела»236. В этой связи следует признать, что принцип индивидуализации наказания реализуется на практическом уровне. На законодательном уровне он находит частичное отражение в нормах, посвященных общим (ст. 60 УК) и частным началам назначения наказания (например, ч. 4 ст. 65 УК), а также принципу справедливости.

Таким образом, мы установили, что, несмотря на тесную связь между дифференциацией и индивидуализацией ответственности (наказания) в уголовном праве, их смешение недопустимо. Дифференциация является деятельностью законодателя по установлению различных уголовно-правовых последствий в зависимости от типовой степени общественной опасности преступления. В свою очередь, индивидуализация осуществляется правоприменителем и заключается в избрании конкретной меры воздействия к лицу, совершившему преступление, в максимальном приспособлении уголовно-правовых мер воздействия к целям наказания237. Требования дифференциации и индивидуализации уголовной ответственности и наказания имеют прямое отношение ко всем институтам уголовного права и находят свое практическое применение на практике.

Отдельно следует упомянуть и процесс унификации как противоположность дифференциации ответственности. По нашему убеждению, унифицирующие подходы в порядке de lege ferenda должны более активно использоваться законодателем, в частности при регламентации института освобождения от уголовной ответственности, поскольку унификация обеспечивает единообразное правовое регулирование сходных либо совпадающих общественных отношений в ходе создания или совершенствования нормативно правовых предписаний238. Полагаем, что, за исключением новой нормы об освобождении от ответственности по делам об экономических преступлениях (ст. 761 УК), законодатель недостаточно внимания уделяет унифицирующему приему, который позволит устранить различия в сложившемся регулировании однородных отношений. Так, до сих пор отсутствует единообразие при изложении некоторых схожих условий освобождения от уголовной ответственности (например, указывающих на освобождение по данной статье; за данное преступление и т. п.; характеризующих посткриминальное поведение лица (например, ст. 184, 204 и 291 УК) и др.), а также при регламентации норм об освобождении от ответственности за совершение преступлений, характеризующихся общностью группового объекта (например, при уклонении от уплаты таможенных (ст. 194) и налоговых (ст. 198, 199) платежей). Кроме того, единообразия требует и процессуальный порядок применения ст. 761 УК, поскольку для субъектов налоговых преступлений необоснованно предусмотрены более жесткие условия освобождения, чем для лиц, нарушивших иной уголовно правовой запрет гл. 22 УК РФ. Сказанное свидетельствует о необходимости дальнейшего использования законодателем приема унификации при конструировании отдельных, но генетически связанных уголовно-правовых норм. Как и любой вид деятельности, дифференциация имеет свои объект, субъект и средства, с помощью которых она осуществляется239. Как справедливо отмечает Т.А. Костарева, для надлежащего осуществления процесса дифференциации ответственности необходима полная разработка конкретных средств и способов дифференциации240. Тем самым обосновывается практически прикладное, а не сугубо теоретическое значение рассматриваемой проблемы.

Техника конструирования и применения специальных видов освобождения от уголовной ответственности, предусмотренных гл. 22 УК РФ

Иногда в уголовно-правовой литературе и судебной практике в качестве основания указывают нецелесообразность привлечения виновного к ответственности и применения к нему принудительных мер уголовно-правового характера371. Такую формулировку следует признать неверной, поскольку подобное суждение является мнением субъективным, категорией оценочной, а не объективно существующей. Если нецелесообразность предположить основанием освобождения, то открывается неограниченная возможность принимать произвольные решения, что само по себе недопустимо. Определенный компромисс пытаются найти О.Ю. Аввакумова, А.В. Бриллиантов, Л.В. Лобанова, когда указывают, что нецелесообразность привлечения лица к ответственности является общим основанием, которое может иметь место лишь при наличии определенных условий372. Однако и такая позиция также неприемлема.

В то же время наличия одного лишь основания недостаточно для решения вопроса об освобождении лица от уголовной ответственности. В этой связи целесообразно определить условия освобождения от уголовной ответственности373. К таковым следует отнести: а) явку с повинной, способствование раскрытию и расследованию преступления, возмещение ущерба или заглаживание вреда иным способом (ст. 75); б) примирение с потерпевшим и заглаживание причиненного вреда (ст. 76); в) возмещение ущерба, причиненного бюджетной системе РФ (ч. 1 ст. 761); г) возмещение ущерба (извлеченного дохода) в шестикратном размере (ч. 2 ст. 761); д) отсутствие уклонения лица от следствия и суда как позитивное посткриминальное поведение (ст. 78 УК).

На примере рассмотрения такого условия, как совершение преступления впервые, законодатель в одних случаях признает его необходимым для освобождения от уголовной ответственности (прим. к ст. 1271, 198, 199, 337, 338); в иных случаях этого условия не требуется (прим. к ст. 122, 126, 178, 184, 2011, 204, 205, 2051, 206, 208, 210, 212, 222, 223, 228, 275, 2821, 2823, 291, 307, 3222, 3223). Кроме того, не наблюдается единообразия в использовании такого признака, как «отсутствие в действиях иного состава преступления». Данное условие закреплено в ст. 126, 1271, 178, 2011, 205, 2051, 206, 208, 210, 212, 222, 275, 281, 2822, 2823, 3222, 3223 УК. Если в действиях виновного содержится состав иного преступления, то он подлежит привлечению к уголовной ответственности только за иное преступление. При буквальном толковании условий освобождения по перечисленным составам преступлений выходит, что при наличии «иного состава в содеянном» лицо уже не может быть освобождено от ответственности за преступление, содержащее специальную поощрительную норму в виде освобождения от уголовной ответственности. Следовательно по логике закона, лицо, даже в случае позитивного посткриминального поведения, которое является необходимым условием для освобождения, не может быть освобождено от ответственности ввиду наличия в его деянии иного состава преступления374. Правоприменительная практика заняла несколько иную позицию. Так, суды правильно указывают, что лицо освобождается от ответственности «по данной статье, если его действия не содержат состава иного преступления»375; «лицо освобождается от уголовной ответственности …, независимо от привлечения его к ответственности за совершение иных преступлений»376. Отрадно, что Верховный суд РФ в постановлении Пленума № 19 в п. 8 разъяснил, что в случаях, когда условием освобождения от уголовной ответственности в соответствии с примечанием к статье Особенной части УК РФ является отсутствие в действиях лица иного состава преступления, следует иметь в виду, что применение примечания допускается и в случае совершения лицом совокупности преступлений.

Именно поэтому нам представляется, что законодателю следует конкретизировать текст специальных видов освобождения от уголовной ответственности уточнением о том, что лицо освобождается от уголовной ответственности именно по данным статьям, как это имеет место, например, в примечании к статье 228 УК РФ377. Федеральным законом от 30.12.2012 № 306-ФЗ соответствующие поправки были приняты378, и вместо условия «если в действиях не содержится иного состава преступления» законодатель указал на освобождение «по данной статье». Положительно оценивая законодательные поправки, отметим необходимость дальнейшей унификации указанного условия. В качестве базовой конструкции специальной нормы об освобождении от уголовной ответственности диссертант предлагает следующую: «Лицо,

3 совершившее преступление, предусмотренное настоящей статьей, освобождается от уголовной ответственности за данное преступление, если (перечисляются условия освобождения). При этом указание на «отсутствие в действиях иного состава преступления» не требуется.

Исключение из предлагаемой модели составляют специальные виды освобождения, предусмотренные в ст. 199 и 275 УК РФ, сконструированные с использованием ссылочного приема. Для унификации условий освобождения от уголовной ответственности, а также, исходя из требований экономии нормативного материала, редакции данных статей, на наш взгляд, предлагается оставить без изменений.

В ряде статей Особенной части УК РФ в качестве условия освобождения от уголовной ответственности законодатель устанавливает различные требования к посткриминальному поведению виновного лица. Например, в отдельных случаях – это способствование раскрытию совершенного преступления (ст. 1271, 178, 212, 3222, 3223), в других – активное способствование раскрытию и (или) расследованию преступления (ст. 204, 291), в некоторых – активное способствование раскрытию или пресечению преступлений (ст. 2911), способствование предотвращению либо пресечению преступления (ст. 2823), а также изобличению лиц, совершивших преступление, обнаружению имущества, добытого преступным путем (ст. 228). Обратим внимание на некоторую противоречивость норм уголовного закона. Законодатель в п. «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ в качестве обстоятельства, смягчающего наказание, указал на активное способствование раскрытию и расследованию преступления, в то время как при освобождении от уголовной ответственности требуется способствование раскрытию преступления без какой-либо энергичной деятельности со стороны виновного. Примечание к ст. 178 УК РФ предусматривает полную «палитру» условий, необходимых для освобождения: лицо способствовало раскрытию преступления, возместило ущерб или иным образом загладило вред, что по редакции очень близко к ст. 75 УК РФ.

Нарушение конституционного принципа равноправия граждан в ст. 145 УК РФ

Сирик Мaринa Сергеевнa,кaндидaт юридических нaук, доцент,зaв.кaфедрой уголовного прaвa, процессa и криминaлистики,филиaл ФГБОУ ВО «Кубaнский госудaрственный университет» в г.Тихорецке, г.Тихорецк [email protected]

Понарина Наталья Николаевна,доктор философских наук,доцент,профессоркафедры уголовного права, процесса икриминалистики Филиал ФГБОУ ВО «Кубанский государственный университет» в г.Тихорецке,г.Тихорецк[email protected]

Попова Лариса Евгеньевна,Кандидат филологическихнаук,доцент кафедры уголовного права, процесса икриминалистики Филиал ФГБОУ ВО «Кубанский государственный университет» в г.Тихорецке,г.Тихорецк

Сирик Сергей Николаевич,кандидатисторическихнаук, доцент,начальник 21 кафедры тактики и общевоенных дисциплин, 2 авиационный факультет (истребительной авиации),Краснодарскоевысшеевоенноеавиационноеучилищелетчиков(г. Армавир)[email protected]

Нарушение конституционного принципаравноправия граждан в ст. 145 УК РФ

Аннотация.Конструкция ст. 145 УК РФнарушает ст. 19 и 37 Конституции РФ.Трудовое законодательство защищает от отказа от заключения трудового договора и от увольнения с работы по мотиву наличия детей более широкий круг лиц.Краткий анализ соответствующихнорм отечественного и ряда зарубежных стран позволяет утверждать, что закон в той или иной стране не в полной мере гарантирует права и свободы отцов, воспитывающих детей без матери, усыновителей, опекунов и иных лиц, которые по закону осуществляют заботу за ребенком, инвалидов, детейинвалидов, несовершеннолетних, граждан предпенсионного и пенсионного возраста и т.п. Делается вывод, что ст. 136 УК РФ поглощает диспозицию ст. 145 УК РФ, которая нуждается в декриминализации. Действия работодателя и его представителей в случае необоснованного отказа в приеме на работу или необоснованного увольнения женщины по мотивам ее беременности, а равно необоснованный отказ в приеме на работу или необоснованное увольнение с работы женщины, имеющей детей в возрасте до трех лет, кормящей грудью, по этим мотивам, отцов, воспитывающих без матери детей в возрасте до трех лет, усыновителей, опекунов и иных лиц, которые по закону осуществляют заботу о ребенке, инвалидов, детейинвалидов, несовершеннолетних, граждан предпенсионного и пенсионного возраста и т.п. следует квалифицировать только по ст. 136 УК РФ.Ключевые слова: равноправие граждан, материнство, отцовство, увольнение, уголовная ответственность.

Согласно ст. 19 Конституции РФ[1]все равны перед закономи судом[2]. Мужчины и женщина имеют равные права и свободы и равные возможности для их реализации. Статья 145 УК РФ является гарантией реализации, в первую очередь, права на труд (но только женщины) и защиты материнства и детства (ч.1 ст.38 Конституции РФ: материнство и детство, семья находятся под защитой государства).При этом ст. 37 Конституции РФ гласит: «Труд свободен. Каждый имеет право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию». Однако причин нарушений прав в сфере труда немало. Одна из них ‬несовершенство не только трудового, но и уголовного законодательства в сфере охраны труда и конституционных прав и свобод граждан.В статье145 УК РФ[3]установлена уголовная ответственность за необоснованный отказ в приеме на работу или необоснованное увольнение женщины по мотивам ее беременности, а равно необоснованный отказ в приеме на работу или необоснованное увольнение с работы женщины, имеющей детей в возрасте до трех лет, по этим мотивам. Соответственно потерпевшими от рассматриваемого преступления выступают беременные женщины (независимо от срока беременности) и матери, имеющие малолетних детей до трех лет.Конструкция анализируемой статьи нарушает соответствующие конституционные нормы. Трудовое законодательство защищает от отказа от заключения трудового договора и от увольнения с работы по мотиву наличия детей более широкий круг лиц.Потерпевшим в соответствии с формулировкой ст. 145 УК РФ не является лицо, на попечении которого находится ребенок в возрасте до 3 лет (отец, усыновитель и др.), в том числе и тогда, когда трудовым законодательством ему предоставлены такие же льготы, как и матери ребенка, например при отсутствии матери (умерла, лишена родительских прав)[4][5].Статьей 64 ТК РФ[6]запрещен отказ в заключении трудового договора с женщинами по мотивам, связанным с беременностью и наличием детей, а ст.264 ТК распространяет эти гарантии и на отцов, воспитывающих детей без матери, а также опекунов (попечителей) несовершеннолетних. Гарантии в трудовом законодательстве при заключении трудового договорав связи с беременностью или наличием детей распространяются на следующих лиц: беременных женщин; женщин, имеющих детей (вопервых, под ними понимается разный круг лиц; вовторых, не указан возраст детей); отцы, воспитывающие детей без матери (также без указания возраста детей), опекуны несовершеннолетних (т.е. не достигших возраста восемнадцати лет). В этот круг не вошли только усыновители, воспитывающие ребенка без матери.Совершенно иным образом определен круг лиц, на которых распространены гарантии при расторжениитрудового договора. Эти гарантии помимо беременных женщин предоставляются женщинам, имеющим ребенка в возрасте до трех лет; одиноким матерям, воспитывающим ребенка в возрасте до 14 лет; одиноким матерям, воспитывающим ребенкаинвалида в возрасте до 18 лет; иным лицам, воспитывающим ребенка в возрасте до 14 лет, ребенкаинвалида в возрасте до 18 лет без матери.К «лицам, воспитывающим ребенка без матери» специалисты в области трудового права относят отцов, иных родственников (бабушек, дедушек, сестер и др.), одиноких усыновителей, опекунов и попечителей. Таким образом, данным понятием охвачены все лица, которые воспитывают детей без матери и должны быть защищены трудовым законодательством от необоснованного увольнения с работы по мотиву наличия ребенка (детей)[7].Мы поддерживаем позицию Качиной Н.В. о необходимости редакционного изменения ст. 145 УК РФ относительно круга потерпевших, но попытаемся высказать несколько иную точку зрения.Статья 139 УК РСФСР[8]предусматривала уголовную ответственность за отказ в приеме на работу или увольнение беременной женщины или кормящей матери[9]. То есть уголовная ответственность наступала за обоснованный и необоснованный отказ в приемена работу или увольнение. Если же мать являлась не «кормящей», отказ в приеме на работу или увольнение женщины по мотиву наличия у нее ребенка независимо от его возраста не образовывали состав преступления. Таким образом, потерпевшим признавалась только беременная женщина независимо от срока беременности и кормящая грудью.Статья 172 УК Украины[10]гарантирует защиту от незаконного увольнения работника, в том числе несовершеннолетнего, беременной женщины или матери, имеющей ребенка в возрасте до 14 лет илиребенкаинвалида, с работы по личным мотивам, а также иные грубые нарушения законодательства о труде.Уголовный кодекс Республики Беларусь[11](ст. 199) предусматривает уголовную ответственность за «заведомо незаконное увольнение лица с работы» (УК Украины о «заведомости» не упоминает) и за необоснованный отказ в приеме на работу или увольнение женщины по мотивам ее беременности. То есть круг потерпевших здесь также достаточно ограничен.Статья 156 Уголовного кодекса Армении[12]в отличие от выше указанных норм защищает интересы «лица, имеющего детей в возрасте до трех лет», что дает основание подразумевать под «лицом, имеющего детей» всех лиц, ухаживающих за ребенком и воспитывающим его (например, отец при отсутствии матери, усыновители, опекуны и т.п.).Уголовные кодексы Республики Беларусь и Армении не упоминают о женщинах, имеющих детей до трех лет.Статья 148 УК Республики Казахстан гарантирует защиту от необоснованного отказа в заключении трудового договора или необоснованного прекращения трудового договора помимо беременной женщины и женщины, имеющей детей до трех лет, инвалидам по мотивам инвалидности и несовершеннолетним по мотивам его несовершеннолетия.Краткий анализ выше указанных норм позволяет нам утверждать, что закон в той или иной стране не в полной мере гарантирует права и свободы отцов, воспитывающих детей без матери, усыновителей, опекунов и иных лиц, которые по закону осуществляют заботу за ребенком, инвалидов, детейинвалидов, несовершеннолетних, граждан предпенсионного и пенсионного возраста и т.п.Но нельзя забывать о том, что ст. 136 УК РФ, базирующаяся на ч. 2 ст.19 Конституции РФ, предусматривает уголовную ответственность за нарушение равенства прав и свобод человека и гражданина.Конституционный принцип о равноправии закреплен на основе положений ст.2 Всеобщей декларации прав человека, принятой Генеральной Ассамблеей Организации Объединенных Наций 10 декабря 1948г.:каждый человек должен обладать всеми правами и всеми свободами, провозглашенными настоящей Декларацией, без какого бы то ни было различия, както: в отношении расы, цвета кожи, пола, языка, религии, политических или иных убеждений, национального или социального происхождения, имущественного, сословного или иного положения;кроме того, не должно проводиться никакого различия на основе политического, правового или международного статуса страны или территории, к которой человек принадлежит, независимо от того, является ли эта территория независимой, подопечной, несамоуправляющейся или каклибо иначе ограниченной в своем суверенитете.Запрещение дискриминации закреплено также в ст.14 Конвенции о защите прав человека и основных свобод, заключенной в г.Риме 4 ноября 1950г.: пользование правами и свободами, признанными в названной Конвенции, должно быть обеспечено без какой бы то ни было дискриминации по признаку пола, расы, цвета кожи, языка, религии, политических или иных убеждений, национального или социального происхождения, принадлежности к национальным меньшинствам, имущественного положения, рождения или по любым иным признакам.В целях Конвенции №111 Международной организации труда «Относительно дискриминации в области труда и занятий», принятой в г.Женеве 25 июня 1958г. на 42й сессии Генеральной конференции МОТ[13], термин «дискриминация» в соответствии с п.1 ст.2Конвенции включает:a) всякое различие, исключение или предпочтение, основанные на признаках расы, цвета кожи, пола, религии, политических убеждений, национальной принадлежности или социального происхождения и имеющие своим результатом ликвидацию или нарушение равенства возможностей или обращения в области труда и занятий;b) всякое другое различие, исключение или предпочтение, имеющие своим результатом ликвидацию или нарушение равенства возможностей или обращения в области труда и занятий, как они могут быть определены заинтересованным членом Организации по консультации с представительными организациями предпринимателей и трудящихся, где таковые существуют, и с другими соответствующими органами.Дискриминация имеет нередко завуалированный характер, чтозатрудняет возможность ее обнаружения и доказывания. Перечень дискриминационных оснований всегда остается открытым. Поэтому круг потерпевших, нуждающихся в повышенной защите, не определен[14]. В ст. 145 УК РФ имеют место такие виды дискриминации как по признаку пола, социального положения, физического состояния и т.д.Таким образом, ст. 136 УК РФ поглощает диспозицию ст. 145 УК РФ, которая нуждается в декриминализации. Действия работодателя и его представителей в случае необоснованного отказа в приеме на работу или необоснованного увольнения женщины по мотивам ее беременности, а равно необоснованный отказ в приеме на работу или необоснованное увольнение с работы женщины, имеющей детей в возрасте до трех лет, кормящей грудью, по этим мотивам, отцов, воспитывающих без матери детей в возрасте до трех лет, усыновителей, опекунов и иных лиц, которые по закону осуществляют заботу о ребенке, инвалидов, детейинвалидов, несовершеннолетних, граждан предпенсионного и пенсионного возраста и т.п. следует квалифицироватьтолько по ст. 136 УК РФ.Надеемся, что наши предложения по декриминализации ст. 145 УК РФ позволят избежать разночтения норм не только уголовного, но и трудового законодательства.

Смотрите еще:

  • Амнистия статья 105 Амнистия статья 105 часть1 Здравствуйте! Муж осужден по статье 105 часть1.,2/3 отсидел, сейчас перевели со строго режима на колонии-поселения.Есть двое детей несовершеннолетних, один […]
  • Права потерпевшего по делу об административном правонарушении Глава 21. ЛИЦА, УЧАСТВУЮЩИЕ В ПРОИЗВОДСТВЕ ПО ДЕЛУ ОБ АДМИНИСТРАТИВНОМ ПРАВОНАРУШЕНИИ. Статья 268. Права лица, привлекаемого к административной ответственности. Лицо, […]
  • Выплаты при сокращении сотрудника фпс Управление Государственного Пожарного Надзора главного управления МЧС России по Ульяновской области Выплаты уволенным работникам При расторжении трудового договора в связи с ликвидацией […]
  • Незаконное врачевание в ук рф Уголовный кодекс РФ c комментариями Комментарий к статье 235 1. Преступление, предусмотренное настоящей статьей, посягает на здоровье населения и порядок регулирования частной медицинской […]
  • Расчёт арендной платы госимущества в севастополе Постановление КМ Украины "О Методике расчета и порядке использования платы за аренду государственного имущества" от 4 октября 1995 г. N 786, Киев (С изменениями, внесенными Постановлением […]
  • Подведомственность ук рф Статья 31 УПК РФ. Подсудность уголовных дел Новая редакция Ст. 31 УПК РФ 1. Мировому судье подсудны уголовные дела о преступлениях, за совершение которых максимальное наказание не […]
  • Нк рф ст 171 пп1 п2 Статья 171. Налоговые вычеты 1. Налогоплательщик имеет право уменьшить общую сумму налога, исчисленную в соответствии со статьей 166 настоящего Кодекса, на установленные настоящей статьей […]
  • Ч1 ст151 коап рф Комментарии к СТ 6.10 КоАП РФ Статья 6.10 КоАП РФ. Вовлечение несовершеннолетнего в употребление пива и напитков, изготавливаемых на его основе, спиртных напитков или одурманивающих […]

Комментарии запрещены.